О KIRSANOV

KIRSANOV вырос из многолетней работы над жилыми проектами высокого уровня, неизменного интереса к мебели и тонкой отделке, а также многолетнего опыта покупки и реставрации антикварной мебели.

Со временем этот опыт стал приносить и разочарование. Выдающиеся антикварные вещи находить всё труднее; они становятся всё дороже и слишком часто страдают от времени, переделок или неудачной реставрации. Меня привлекали предметы исключительного замысла и характера, но, чтобы сделать их пригодными для повседневной жизни, нередко требовалась серьёзная работа.

Годы путешествий и работы в разных странах — от Португалии и Бразилии до Японии, Европы и Азии — открыли мне замечательные традиции краснодеревного дела, резьбы, обивки и декоративно-прикладного искусства. Я познакомился с материалами, приёмами и конструкциями, складывавшимися поколениями и остающимися столь же актуальными сегодня, как и при своём появлении.

KIRSANOV возник из простой идеи: соединить эти влияния, по-новому осмыслить выдающиеся предметы мебели разных эпох и культур и сделать их частью современной жизни — без ограничений и компромиссов, столь часто сопровождающих оригиналы.

Узнаваемый взгляд, а не узнаваемый стиль

Меня никогда особенно не привлекали интерьеры, выдержанные строго в одном историческом периоде или декоративном стиле. Ближе мне комнаты, которые выглядят не подобранными по каталогу, а собранными со временем — благодаря любознательности, путешествиям, опыту и личному вкусу.

Бразильское кресло 1970-х годов может стоять рядом с португальским бюро, классическим стулом «Клисмос» или современным ковром ручной работы. Им вовсе не обязательно совпадать по стилю. Важно, как они соотносятся друг с другом благодаря пропорциям, материалам, мастерству и характеру.

В этом заключается философия коллекции KIRSANOV. Некоторые предметы переосмысляют исторические образцы, другие соединяют влияния, которые прежде могли никогда не встречаться, а третьи созданы с нуля. Я также разрабатываю встроенную мебель и отдельные изделия для конкретных интерьеров.

Я не стремлюсь создать узнаваемый мебельный стиль. Скорее, я хочу выработать узнаваемый взгляд — последовательность суждений и вкуса, позволяющую самым разным предметам естественно сосуществовать.

Материалы, мастерство и сдержанность

Я всегда считал, что хорошая мебель должна доставлять не меньше удовольствия при прикосновении и использовании, чем при взгляде на неё.

Массив дерева должен обладать весом и характером. Кожа — становиться красивее с возрастом. Бронза и латунь — выглядеть подлинными, а качественная обивка, натуральный текстиль и тщательно подобранная отделка — давать нечто большее, чем первое впечатление.

Но одних дорогих материалов недостаточно, чтобы мебель стала выдающейся.

Меня мало интересует украшение ради украшения. Сложная резьба, позолота, шпон и декоративные металлические детали прекрасны, когда они действительно принадлежат замыслу. Однако простая форма с безупречными пропорциями и хорошей отделкой зачастую гораздо убедительнее.

Прежде всего должна работать сама форма. Материалы и декор призваны её поддерживать, а не скрывать недостатки.

Соединяя нужных людей

Одно из важнейших достоинств международной работы — возможность увидеть, сколько специальных знаний до сих пор сохраняют традиционные центры ремесла.

Мастерская, превосходно владеющая краснодеревным делом, не обязательно подходит для обивочных работ. Литейщик, специализирующийся на бронзе, может не заниматься деревом. Ковроткачество, резьба, столярные соединения и финишная отделка требуют совершенно разных навыков.

Я не вижу причин, по которым всё должно производиться на одной фабрике — или даже в одной стране.

Моя задача — находить для каждого заказа подходящих мастеров, объединять их возможности и следить за тем, чтобы готовая мебель соответствовала первоначальному замыслу.

Это гораздо больше, чем просто разместить заказ. Необходимо выбрать материалы, выверить пропорции, продумать конструкцию, определить отделку и разобраться в множестве деталей, отличающих хорошую мебель от посредственной.

В основе такого подхода — и годы управления сложными жилыми проектами, и мой личный интерес к мебели.

Изготавливается тогда, когда нужна

KIRSANOV строится на индивидуальных заказах, а не на производстве мебели в запас.

Коллекция начинается с предметов, которые я хотел бы видеть в собственном доме, — найденных, переосмысленных или разработанных мной, потому что, на мой взгляд, они заслуживают существования. Мне неинтересно наполнять каталог лишь ради иллюзии богатого выбора.

Когда клиент заказывает изделие, я фактически управляю его созданием от его имени.

Опираясь на существующий дизайн KIRSANOV или разрабатывая что-то индивидуальное, мы можем подобрать размеры, древесину, обивку, отделку и прочие детали под конкретный интерьер.

Я координирую работу мастерских и специалистов, наблюдаю за развитием заказа и стремлюсь к тому, чтобы полученный предмет соответствовал первоначальному замыслу.

Для клиента это возможность получить доступ к необычным дизайнам, материалам и ремесленным навыкам, не погружаясь в сложности международного изготовления мебели на заказ.

Такой подход позволяет создавать и те вещи, которые едва ли имели бы коммерческий смысл в обычной мебельной рознице, но вполне оправданы, если их действительно хочет конкретный человек.

В конечном счёте чертёж или красивая фотография — всего лишь обещание. Реальный предмет должен это обещание оправдать. Соединения, вес, отделка, удобство и повседневная функциональность должны выдерживать пристальную оценку. В идеале готовая вещь должна радовать больше, чем изображение, с которого всё началось.

Более личный подход к мебели

Я считаю, что лучшие интерьеры складываются со временем, а не приобретаются целыми комплектами. В них отражаются жизнь и интересы владельцев; нередко здесь встречаются предметы, которые на первый взгляд ничто не связывает, кроме удовольствия, которое они приносят.

Именно в создание таких интерьеров KIRSANOV и стремится внести свой вклад.

Через KIRSANOV я предлагаю этот подход Казахстану и более широкому русскоязычному рынку — самобытную мебель для людей, разделяющих мою любовь к индивидуальности, натуральным материалам и тонкому мастерству.

Создавать то, что я люблю. Создавать как следует. Создавать для людей, которым это тоже близко.